Купчиха Морозова и другие женщины, которые справлялись с бизнесом лучше мужчин

Значительной частью торговых дел Сибири в конце позапрошлого и начале прошлого веков заправляли женщины. Мужчины присматривались, как эти женщины вели бизнес, учились. Женщины работали на всех уровнях: и на рынках торговали – хватало, чтобы содержать семью; и ворочали огромными торговыми делами. Многие предпринимательницы оставили яркий след в истории – благодаря не только сильной руке, но и благородной душе.
Купчиха Морозова и другие женщины, которые справлялись с бизнесом лучше мужчин
Wikipedia

Иногда история начиналась с того, что женщина ходила по ярмаркам, торговала всяким мелким товаром, а потом выходила в крупные купчихи с миллионным состоянием. Иногда – начинала с помощи в мужней лавке. Интересно – женщины, которые руководили торговыми предприятиями, работать в свои лавки и пассажи тоже принимали женщин. «В Тюмени, в Гостином дворе, было с мануфактурными товарами до двух десятков лавок, и

половина из них велась и управлялась женским персоналом не менее удачно, чем вторая половина.

Я также знал множество ремесленных семей, потерявших главу семьи – мужчину, которые потом руководимы были женою умершего, а заведенное ремесло продолжалось и развивалось безостановочно», – писал в своих мемуарах тюменский купец Чукмалдин. В Центральной России все было не так, женщины сильнее зависели от мужчины. Все это «повиноваться мужу своему как главе семейства, пребывать к нему в любви, почтении и неограниченном послушании, оказывать ему всякое угождение и привязанность как хозяину дома» в крестьянских, мещанских и купеческих сословиях обычно выполнялось беспрекословно.

Но, как писал тот же Чукмалдин, «женщина в Сибири – не раба мужчины, она его товарищ».

Конечно, бывало всякое, и патриархата хватало на всех, но свободы у женщин было больше. Имущество супругов, например, было раздельным: приданое женщины оставалось собственностью женщины, то, что она купила сама, принадлежало ей. Путешествующие по Сибири удивлялись: «Здесь жена уже не является взрослым ребенком, нуждающимся в руководстве и защитнике ея интересов <...> тут она является вполне самостоятельной личностью, полным правоспособным юридическим лицом, способным ко вступлению во все почти дозволенные законом гражданские правоотношения».

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
Wikipedia

Хрякова и Ко

Были женщины, которые вели дела вместе со своими мужьями, рука об руку. Были женщины, которые только овдовев, смогли развернуться во всю ширь своего экономического таланта. Мало кто из них снова соглашался на замужество: эти женщины хорошо знали цену независимости, самостоятельности, не хотели никому покоряться, сами любили власть. Взрослые сыновья хотели «отделиться», забрать часть состояния из общего капитала – э, нет, голубчик! Купеческое свидетельство на матушку оформлено, за все коммерческие операции матушка отвечает, отделишься, когда время придет. Или – не отделишься, промотаешь только деньги, не тобой нажиты, а мне еще внуков учить...

Из экономической свободы вырастали уважение к себе и личная сила.

Такие купчихи начинали решать общественные вопросы, открывали школы, занимались благотворительностью. В Сибири было больше возможностей и свободы, женщины старались ей пользоваться. Больше всего купчих было в Тюмени, потом шли Бийск, Новониколаевск (сегодня – Новосибирск), Барнаул и Томск. В те годы в любом из этих городов можно было наткнуться на вывеску над входом в нарядный магазин: «М. И. Хрякова и Ко ». «З. С. Лагина и Ко », «З. Н. Черняева и Ко». Предприятия, которыми заправляли женщины, были в большинстве случаев некрупными, с оборотом в 50 тысяч рублей. А в начале ХХ века в торговый бизнес пришли новые женщины, из крестьянок и мещанок, и у них все прекрасно получалось. И были женщины, которые владели огромными капиталами и занимались не одной торговлей, а еще и промышленностью. В Бийске купчиха Елена Григорьевна Морозова построила электростанцию. Благодаря ей небольшой Бийск стал третьим городом за Уралом, где появилось электричество. В школы Морозова давала свет бесплатно: сама была неграмотной, из крепостных крестьянок, и понимала ценность учения.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

В 62 года жизнь только начинается

Елена Григорьевна занялась предпринимательством уже в 62 года, когда скоропостижно умер ее любимый муж. Вела дела она 14 лет, за это время увеличила состояние, которое осталось от мужа, в несколько раз, и из торговой фирмы сделала крупную торгово-промышленную корпорацию. Она построила кожевенный завод, электростанцию, большую пивоварню, маслобойный завод. Все было оснащено по последнему слову техники – кажется, Елена Григорьевна просто любила научно-технический прогресс. Ну, и торговых заведений было у нее около тридцати. К семидесяти годам личный капитал купчихи Елены Морозовой составлял почти полтора миллиона рублей, огромное состояние. Но она никогда не забывала, с чего начинала. И гордилась, что они с мужем выкупились из крепости за несколько лет до отмены крепостного права.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
Wikipedia

Добросердечный Морозов

Они с мужем Алексеем были не здешними, не в Сибири родились, приехали из Центральной России. С ранней молодости оба занимались мелкой торговлей, ходили по ярмаркам, продавали книжки, картины, ленты-кружева-ботинки... Заработали такой торговлей – хватило выкупиться из крепости и переехать в Бийск. Про те алтайские места ходили легенды: там, в окружении гор, прячется волшебная страна Беловодье, текут молочные реки с кисельными берегами. В молочные реки Морозову не верили, верили в себя. В Сибири кипела жизнь, дикие края были полны возможностей – были бы руки да головы, а они у Морозовых были. В Бийске тогда сосредоточилась вся торговля с Горным Алтаем, с Монголией: мед и зерно, редкой красоты ткани и украшения, удивительные маленькие быстроногие лошади, меха, масло, сыр.... Алексей Морозов ездил по Горному Алтаю, торговал с местными. Образованные путешественники, побывав в Бийске, говорили про него: «грубо отесанный, щетинистая борода». Он заработал небольшой капитал, несколько раз выгодно вложился... По-настоящему разбогател, когда начал торговать хлебом.

Елена Григорьевна всегда была рядом, во всем участвовала, поощряла мужа на благотворительность.

Они содержали школы, больницы, храмы. В городе купца Морозова называли «Добросердечный Морозов»: очень хороший был человек. Детей у них не было, а семья все равно получилась такой, что многие завидовали. Как он любил жену, как ей гордился! На поздних фотографиях в нем уже нет ничего «груботесанного»: стоит под руку с женой, красивая одежда, ухоженная борода, твердый взгляд. Елена Григорьевна в красивом платье, голову держит высоко... Когда Морозова выбрали городским головой, он увеличил расходы городского бюджета на образование и медицину.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Браслет великой княгини

Умер Алексей Морозов рано, скоропостижно. Поехал по делам в Центральную Россию и скончался в поезде. Елена Григорьевна горевала, но целиком отдать себя горю не могла, все дела перешли к ней. Она была неграмотной, не то, что читать – подпись свою поставить под документом не могла; ее честное купеческое слово было крепче подписи. Но, как многие деловые женщины тех лет, отлично чувствовала свое время. Покойный муж работал много, но по старинке, она оснастила все предприятия новейшим оборудованием, старалась все механизировать и автоматизировать. Энергия электростанции освещала ее самый большой в городе магазин, и – бесплатно – две улицы, училища, школы и храмы. По Оби ходили пароходы Елены Морозовой, ее образцовый кожевенный завод выполнял военные заказы для государства, все ее предприятия работали успешно и приносили прибыль. Она подарила городу землю под строительство школы, была попечительницей гимназии, ученикам из несостоятельных семей оплачивала учебники и одежду. Восхищенная ее добрым и щедрым сердцем, великая княгиня Мария Павловна пожаловала купчихе Морозовой золотой браслет с бриллиантами. Елена Григорьевна дела успешнее, чем все остальные купцы города. И другие сильные и предприимчивые женщины вдохновлялись ее примером...