Маленькая Лида. История дворняжки, которой впервые в жизни повезло

«Она совсем миниатюрная, но уже взрослая девочка. Ей около двух лет», — вместе с Полиной Рыховской, PR-менеджером центра «Юна», мы стоим у стеклянного бокса. За прозрачной дверью на полу лежит Лида, внимательно смотрит на нас, поводя ушами. Через час ей предстоит операция на позвоночнике.

Что произошло с Лидой, как она получила травму, никто не знает. Волонтеры предполагают, что собака попала под машину. ДТП — самая частая причина серьезных переломов у бездомных животных.

«В Волгограде не нашлось клиники, готовой взяться за такой сложный случай, — продолжает Полина. — И тогда обратились к нам. В нашем центре работают отличные хирурги, и среди волонтеров мы давно известны как клиника, берущаяся за самые непростые травмы. Они связались с нами, и Лида отправилась в Москву».

В начале сентября маленькая собачка преодолела почти тысячу километров, чтобы оказаться под наблюдением столичных специалистов.

«Она очень добродушная. У нас примерно половина собак боится человека. Кому-то причинили боль, кого-то бросили, у некоторых просто такой пугливый характер. С ними постоянно работают кинологи. Мы называем это социализацией. Постепенно животные успокаиваются, начинают лучше на нас реагировать, принимать, — рассказывает Полина. — Но Лида изначально всех воспринимала очень спокойно, философски. Никогда не пыталась вырваться или укусить кого-то. Только смотрела на всех грустными глазами. Иногда мне кажется, она думает: делайте со мной что хотите, потому что хуже уже не будет».

Лиду не смутили белые стены клиники, стук металлических инструментов, специальные боксы для тех, кто готовится к операции, голоса других животных и врачи в больничной форме и масках.

«Здесь о ней, наверное, первый раз в жизни начали заботиться, — говорит Полина. — И она, мне кажется, благодарна и доверяет нам».

Центр «Юна» — настоящий мини-городок с яркими желтыми домиками, ровными газонами и высоким забором по периметру. Еще три года назад на этом месте был пустырь. Теперь здесь нашли приют почти двести собак и столько же кошек. Сотрудники центра уверены: для их подопечных это временное пристанище. Каждый должен найти свой дом.

«Только не пугайтесь, пожалуйста, — Полина улыбается. — Будет громко!»

Мы выходим на улицу и направляемся к вольерам для выгула собак. Нас встречают оглушительным лаем. Приходится кричать, чтобы услышать друг друга.

«Они так с нами здороваются!»

За ограждением из зеленых прутьев сотни собак. Дворняжки машут хвостами, встают на задние лапы и, прижавшись к забору, тянут к нам носы. Мы в ответ протягиваем им руки, позволяем себя обнюхать, чешем за ухом, если можем. Собаки бегут за нами, не хотят отпускать — и кажется, что у каждого пса в глазах одно и то же: «Человек, забери меня! Ну забери, пожалуйста!»

Рейд лежит на газоне вдалеке от остальных. Крупный пес смотрит будто смущаясь, и прячет под себя лапы.

«У него особая история. Рейда переехал трамвай, — Полина гладит пса по голове. — У него нет передней и задней лапы. Зато теперь есть протезы, и он учится на них ходить. Их сделали в Екатеринбурге, спасибо одному мальчику. Сюда часто приезжают дети. Мы ведем курсы для школьников с пятого по девятый класс. Один из учеников так прикипел к Рейду, что попросил одноклассников, учителей и родителей не дарить ему ничего на день рождения, а собрать деньги псу на протезы. И получилось».

В центре много животных с разными заболеваниями. Как правило, они содержатся отдельно от остальных. Кто-то может заразить других собак и кошек, кому-то оставаться со здоровыми сородичами опасно: в играх они участвовать не могут — другие животные, пусть и не желая того, способны покалечить их.

«Мы стараемся найти дом и для этих тоже. Сложно, конечно, но попыток не прекращаем. Мы постоянно устраиваем "Юна-фесты" — выставки наших животных, привозим их туда, привлекаем внимание. На фестивали ездят только здоровые собаки и кошки или инвалиды. Больные животные пристраиваются только из центра», — рассказывает Полина.

По ее словам, некоторые животные осознают, что стали инвалидами. Как правило, это очень умные и контактные собаки и кошки. После травм они могут впасть в настоящую депрессию.

«Так было и с Рейдом, но нам удалось его выходить. Теперь он действительно немного стесняется посторонних, но у него появилось желание жить и общаться. Мы им гордимся».

До Лидиной операции остается совсем немного. Хирург Николай Мурашов от любых комментариев отказывается. Не до разговоров — все мысли о пациентке. Дмитрий Семенов, второй хирург клиники, изучает карточку Лиды.

«Помимо травмы позвоночника у Лиды обнаружен вывих коленной чашечки и невралгический дефицит. О сложности операции заранее судить сложно. Сейчас идет миелография. По ее результатам уже можно будет сделать прогноз, — задумчиво говорит Дмитрий. — Нельзя сказать, что операции на позвоночнике типичны для нашего центра, но опыт есть. Не менее десяти подобных случаев у нас было».

Операция начинается по графику. Стерильный бокс закрывают для посторонних, но мы можем наблюдать за процессом через стеклянные перегородки. Позвоночник Лиды спасает бригада из трех врачей — хирурга, ассистента и анестезиолога.

«В этом плане операции для четвероногих мало чем отличаются от человеческих операций — все должно быть стерильно, бригада врачей — полностью укомплектована, оборудование задействовано новейшее, для постоперационной реабилитации также должно быть все готово, — поясняет Полина. — Еще одно сходство — наркоз. Мы используем газообразную анестезию, подавая ее через маску. Животные переносят ее значительно легче, чем укол, и им проще после нее восстановиться».

Лида засыпает, Николай Викторович делает надрез — и начинается по-настоящему ювелирная работа.

Несмотря на то что Лида пробыла в центре около месяца до операции, сотрудники не размещали ее фото в соцсетях и не начинали искать для нее новый дом.

«Пока рано, — говорит Полина. — Мы еще не знаем, как быстро она будет восстанавливаться. Обычно реабилитация длится от двух до шести месяцев. В лучшем случае месяц, но это редкость».

Сказать, сколько животных в среднем обретает новый дом в течение месяца, очень сложно. Полина называет цифру пятнадцать, но она очень условна. На выставках есть шанс найти хозяев сразу для сорока — пятидесяти подопечных, а в обычное время пристроить в добрые руки пятерых — уже большая победа.

«Чаще всего забирают кошек. Это естественно, ведь с котами не нужно гулять дважды в день и постоянно заниматься, — говорит Полина. — Но найти здесь будущего любимца может практически каждый. Есть лишь одно условие — предварительная беседа с нашим зоопсихологом».

Отдавать животных первому встречному специалисты центра не готовы. Они должны быть уверены: их подопечные попадут к тем людям, которые будут их по-настоящему любить. Во время беседы зоопсихолог расспрашивает потенциальных хозяев обо всем. Важна и причина, по которой человек решил забрать животное из приюта, и опыт жизни с домашними питомцами. Специалист расспрашивает в том числе, чем кормили и собираются кормить животное, в какой ветеринарной клинике лечили и почему выбрали именно это учреждение, а не другое.

«Мы редко отказываем, но такое случается, — признается Полина. — Может насторожить предыдущий опыт, может даже сработать интуиция.

Она особенно важна, когда речь идет о породистых или похожих на породистых собаках и кошках. Иногда их пытаются забрать из приюта исключительно для перепродажи».

Когда кто-то из подопечных наконец обретает новый дом, еще год специалисты «Юны» следят за его жизнью, просят хозяев присылать фото и видео.

«Мы называем это приветами из дома. Через год они перестают быть обязательными, но многие хозяева продолжают общаться с нами. Это очень приятно».

Полина уверена: как только Лида восстановится, новый дом для нее найдется быстро. Взять к себе такую красавицу захотят многие. А пока наркоз все еще действует — и она спит. Операция прошла штатно, без осложнений.

Лиду прооперировали 2 октября. Пока готовился этот текст, она оправилась и пытается самостоятельно встать на ноги. Специалисты говорят, что это очень хорошо — пациентка быстро идет на поправку.

Центр «Юна» — благоустроенный приют для бездомных животных, существующий исключительно на пожертвования. На его территории работают ветеринарная клиника и зоогостиница, позволяющие получить дополнительный доход, но они не могут покрыть и малой части расходов. С каждым годом центр становится все известнее, а значит, подопечных у него все больше. Их находят волонтеры, привозят жители Москвы и Подмосковья, иногда просто подкидывают к входу в клинику или под двери сотрудникам. Здесь стараются помочь всем, но для этого нужно больше возможностей. Скоро даже места для новых постояльцев могут закончиться.

Без нашей помощи центру будет сложно продолжать делать этот мир лучше и помогать тем, кто сам себе помочь не может. Поддержать эту важную работу очень просто. Ваше пожертвование — даже 100 рублей в месяц — поможет ветеринарам «Юны» спасать собак и кошек, выхаживать их и находить для них по-настоящему любящих людей.

Мы рассказываем о различных фондах, которые работают и помогают в Москве, но московский опыт может быть полезен и использован в других регионах страны.

Оригинал статьи на сайте Такие Дела